RSS    

   Русская культура в начале XX века

максимализмом, художественными и поэтическими открытиями, глубиной идей и

пророчеств, стремлением отыскать выход из того кризисного состояния, в

котором оказалось человечество, наконец самим характером своей личности -

нервной, ищущей, срывающейся в бездны отчаяния, но и воспаряющей на высоты

великих прозрений, - всем этим Белый прочно вписал свое имя в историю ХХ

века.

Одно из ведущих мест в русской литературе по праву занимает Александр

Блок. Блок - лирик мирового масштаба. Вклад его в русскую поэзию необычайно

богат. Лирический образ России, страстная исповедь о светлой и трагической

любви, величавые ритмы итальянских стихов, пронзительно очерченный лик

Петербурга, «заплаканная краса» деревень - все это с широтой и

проникновением гения вместил в своем творчестве Блок.

Первая книга Блока «Стихи о Прекрасной Даме» вышла в 1904 году.

Блоковская лирика той поры окрашена в молитвенно-мистические тона:

реальному миру в ней противопоставлен постигаемый лишь в тайных знаках и

откровениях призрачный, «потусторонний» мир. Поэт находился под сильным

влиянием учения Вл.Соловьева о «конце света» и «мировой душе». В русской

поэзии Блок занял свое место как яркий представитель символизма, хотя

дальнейшее его творчество перехлестнуло все символические рамки и каноны.

Во втором сборнике стихов «Нечаянная радость» (1906) поэт открыл себе

новые пути, которые лишь намечались в первой его книге.

Андрей Белый стремился проникнуть в причину резкого перелома в музе

поэта, казалось только что «в неуловимых и нежных строчках» воспевавшего

«приближение вечно-женственного начала жизни». Он увидел ее в близости

Блока к природе, к земле: «Нечаянная радость» глубже выражает сущность

А.Блока... Второй сборник стихов Блока интереснее, пышнее первого. Как

удивительно соединен тончайший демонизм здесь с простой грустью бедной

природы русской, всегда той же, всегда рыдающей ливнями, всегда сквозь

слезы пугающей нас оскалом оврагов... Страшна, несказуема природа русская.

И Блок понимает ее как никто...»

Третий сборник «Земля в снегу» (1908) был принят критикой в штыки.

Критики не захотели или не сумели понять логику новой книги Блока.

Четвертый сборник «Ночные часы» вышел в 1911 году, очень скромным

тиражом. Ко времени его выхода Блоком все более овладевало чувство

отчужденности от литературы и до 1916 года он не выпустил ни одной книги

стихов.

Трудные и запутанные отношения, длившиеся почти два десятилетия,

сложились между А.Блоком и А.Белым.

На Белого произвели огромное впечатление первые стихи Блока: «Чтобы

понять впечатления от этих стихотворений, надо ясно представить то время:

для нас, внявших знакам зари, нам светящей, весь воздух звучал, точно

строки А.А.; и казалось, что Блок написал только то, что сознанию

выговаривал воздух; розово-золотую и напряженную атмосферу эпохи

действительно осадил он словами». Белый помог выпустить первую книгу Блока

(в обход московской цензуры). В свою очередь и Блок поддерживал Белого. Так

он сыграл решающую роль в появлении на свет главного романа Белого

«Петербург», публично дал высокую оценку и «Петербургу» и «Серебряному

голубю».

Наряду с этим их отношения и переписка доходили до враждебности;

постоянные упреки и обвинения, неприязнь, язвительные уколы, навязывание

дискуссий отравляли жизнь обоих.

Однако, несмотря на всю сложность и запутанность отношений творческих

и личных, оба поэта продолжали уважать, любить и ценить творчество и

личность друг друга, что еще раз подтвердило выступление Белого на смерть

Блока.

После революционных событий 1905 года в рядах символистов еще более

усилились противоречия, которые в конце концов привели это направление к

кризису.

Нельзя, однако, не отметить, что русские символисты внесли

существенный вклад в развитие отечественной культуры. Наиболее талантливые

из них по-своему отразили трагизм положения человека, не сумевшего найти

свое место в мире, сотрясаемом грандиозными социальными конфликтами,

пытались отыскать новые способы для художественного осмысления мира. Им

принадлежат серьезные открытия в области поэтики, ритмической реорганизации

стиха, усиления в нем музыкального начала.

«Послесимволистическая поэзия отбросила «сверхчувственные» значения

символизма, но осталась повышенная способность слова вызывать неназванные

представления, ассоциациями замещать пропущенное. В символистическом

наследстве жизнеспособнее всего оказалась напряженная ассоциативность»[6].

В начале второго десятилетия XX века появились два новых поэтических

течения - акмеизм и футуризм.

Акмеисты (от греческого слова «акме» - цветущая пора, высшая степень

чего-либо) призывали очистить поэзию от философии и всякого рода

«методологических» увлечений, от использования туманных намеков и символов,

провозгласив возврат к материальному миру и принятие его таким, каков он

есть: с его радостями, пороками, злом и несправедливостью, демонстративно

отказываясь от решения социальных проблем и утверждая принцип «искусство

для искусства». Однако творчество таких талантливых поэтов-акмеистов, как

Н.Гумилев, С.Городецкий, А.Ахматова, М.Кузьмин, О.Мандельштам, выходило за

рамки провозглашенных ими теоретических принципов. Каждый из них вносил в

поэзию свои, только ему свойственные мотивы и настроения, свои поэтические

образы.

С иными взглядами на искусство вообще и на поэзию в частности

выступили футуристы. Они объявили себя противниками современного

буржуазного общества, уродующего личность, и защитниками «естественного»

человека, его права на свободное, индивидуальное развитие. Но эти заявления

нередко сводились к абстрактному декларированию индивидуализма, свободы от

нравственных и культурных традиций.

В отличие от акмеистов, которые хотя и выступали против символизма, но

тем не менее считали себя в известной степени его продолжателями, футуристы

с самого начала провозгласили полный отказ от любых литературных традиций и

в первую очередь от классического наследия, утверждая, что оно безнадежно

устарело. В своих крикливых и дерзко написанных манифестах они прославляли

новую жизнь, развивающуюся под влиянием науки и технического прогресса,

отвергая все, что было «до», заявляли о своем желании переделать мир, чему,

с их точки зрения, в немалой степени должна содействовать поэзия. Футуристы

стремились овеществить слово, связать его звучание непосредственно с тем

предметом, которое оно обозначает. Это, по их мнению, должно было привести

к реконструкции естественного и созданию нового, широко доступного языка,

способного разрушить словесные преграды, разобщающие людей.

Футуризм объединил разные группировки, среди которых наиболее

известными были: кубофутуристы (В.Маяковский, В.Каменский, Д.Бурлюк,

В.Хлебников), эгофутуристы (И.Северянин), группа «Центрифуга» (Н.Асеев,

Б.Пастернак и др.).

В условиях революционного подъема и кризиса самодержавия акмеизм и

футуризм оказались нежизнеспособными и к концу 1910-х годов прекратили свое

существование.

Среди новых течений, возникших в русской поэзии в этот период,

заметное место стала занимать группа так называемых «крестьянских» поэтов -

Н.Клюев, А.Ширяевец, С.Клычков, П.Орешин. Некоторое время к ним был близок

С.Есенин, впоследствии вышедший на самостоятельную и широкую творческую

дорогу. Современники видели в них самородков, отражавших заботы и беды

русского крестьянства. Объединяли их также общность некоторых поэтических

приемов, широкое использование религиозной символики и фольклорных мотивов.

Среди поэтов конца XIX - начала XX века были и такие, чье творчество

не вписывалось в существовавшие тогда течения и группы. Таковы, например,

И.Бунин, стремившийся продолжать традиции русской классической поэзии;

И.Анненский, в чем-то близкий к символистам и в то же время далекий от них,

искавший свой путь в огромном поэтическом море; Саша Черный, называвший

себя «хроническим» сатириком, блестяще владевший «антиэстетическими»

средствами обличения мещанства и обывательщины; М.Цветаева с ее

«поэтической отзывчивостью на новое звучание воздуха».

Для русских литературных течений начала XX века характерен поворот

ренессанса к религии и христианству. Русские поэты не могли удержаться на

эстетизме, разными путями они пытались преодолеть индивидуализм. Первым в

этом направлении был Мережковский, затем ведущие представители русского

символизма начали противополагать соборность индивидуализму, мистику

эстетизму. Вяч.Иванов и А.Белый были теоретиками мистически окрашенного

символизма. Произошло сближение с течением, вышедшим из марксизма и

Страницы: 1, 2, 3, 4


Новости


Быстрый поиск

Группа вКонтакте: новости

Пока нет

Новости в Twitter и Facebook

                   

Новости

© 2010.